Господин Просветитель

В возрасте 71 года скончался академик РАН Вадим Покровский, занимавшийся борьбой с ВИЧ-инфекцией ещё с советских времён. В конце 1980-х годов он возглавил в Центральном НИИ эпидемиологии специализированную лабораторию эпидемиологии и профилактики СПИДа, когда о таковой болезни ещё мало кто что-то конкретное знал. Но уже все её боялись как огня. При непосредственном участии Покровского был выявлен «нулевой пациент», разработаны сама методология и система борьбы с ВИЧ-инфекцией. Но главное – развенчаны легенды, усмирена паника, миллионам людей возвращена человечность.

Вирус страха

Первый случай ВИЧ-инфекции в СССР был зарегистрирован в 1987 году: портовый техник, подхвативший вирус во время работы в Конго, заразил супругу, та – их новорождённого ребёнка. В годовалом возрасте малыш умер, успев передать инфекцию ещё восьми клиентам грудничкового отделения Республиканской детской больницы Элисты. А местные медсёстры, как оказалось, в целях экономии кололи детей одним шприцем, меняя лишь иглы. По другой версии, шприцы мыли в нестерильном физиологическом растворе, который не обновляли, даже когда он багровел от крови. Результат, так или иначе, – 270 заражённых детей.

Нелепые страхи людей, порождённые незнанием элементарных фактов о «чуме ХХ века», даже сейчас больно лупят по людям, которым приходится жить с ВИЧ. А тогда советский народ просто не знал, что вирус не передаётся при бытовом контакте и даже от мамы к ребёнку при правильной терапии есть риск лишь в 25% случаев. Но истерил народ не по-детски. Ребятишкам, заразившимся в элистинской клинике, на расстоянии сочувствовала вся страна. Но, вернувшись домой, малыши и их родители стали объектом настоящей травли. «Спидюшникам» избивали окна, жгли дома. Маленьких виновников всеобщего переполоха не принимали в детские сады и ясли, а тех, кто был постарше, посреди бела дня избивали на улицах. Не выдерживая испытаний, распадались некогда счастливые семьи. Устав от оскорблений и упрёков, ужаснувшись угроз соседей и сослуживцев, некоторые пострадавшие уезжали в другие города, меняли фамилии.

В Ростове-на-Дону ночью в темное время суток подожгли дом заражённого в больнице мальчика. Его родители погибли в огне, а сам он в ту ночь гостил у тётки. Тётка позже отказалась взять сироту со страшным диагнозом. В Петрозаводске сожгли комнату в коммуналке вместе с проживавшим в ней ВИЧ-инфицированным юношей. В Ленинграде выплыла история: заражённый молодой человек был арестован ночью в квартире своей беременной жены (она не заразилась) лишь просто потому, что он, зная о своём диагнозе, посмел создать семью. Женщине потребовалось несколько месяцев, чтобы достигнуть освобождения мужа.

Даже 15 лет спустя телефонный опрос, проведённый среди взрослых жителей «культурного» Петербурга, обнаружил, что треть респондентов не считают презерватив средством защиты от ВИЧ-инфекции, 48% убеждены, что ВИЧ передаётся при поцелуе, 30% – при совместном табако-курении, 56% – через укусы комаров. Опрос 5 тыс. россиян показал: 40% из них считают, что ВИЧ-позитивный учитель должен закончить преподавательскую работу. Лишь 10% заявили, что готовы посещать овощной магазин, если у хозяина ВИЧ. Значительное большинство родителей на вопрос «Если в школе, где учится ваш ребёнок, есть ВИЧ-инфицированный, что вы будете делать?» отвечали, что переведут малыша в другую школу. Некоторые говорили, что не будут даже разговаривать с больными. И это несмотря на то, что в мире до сих пор не зафиксировано ни 1-го случая передачи ВИЧ-инфекции при любом из вышеописанных контактов.

По результатам опроса 470 ВИЧ-позитивных в Петербурге в 2003 году было установлено, что 3-ть из них сталкивались с отказом в оказании медицинской помощи из-за своего статуса. 10% ответили, что потеряли работу или были изгнаны родственниками из дома. Практически половине респондентов пришлось по требованию милиции предоставить информацию о половых партнёрах или других известных им лицах, употребляющих наркотики. Хотя далеко не все заражённые их употребляли: благополучные люди заражались из-за халатности докторов при переливании крови, в тату-салоне или в результате интимной близости с вполне надёжным партнёром. Многие рассказывали: услышав про ВИЧ, даже проф медики с криками выбегали из кабинета и звали охрану в противогазах. Специалистами было опрошено 40 питерских докторов и медсестёр: 70% «сестричек» заявили, что не будут ухаживать за больными СПИДом, а половина докторов считают, что такие больные представляют опасность для самих медработников.

А ведь речь шла не о единицах маргиналов. По официальной статистике Минздрава, в середине 2000-х в РФ было более 300 тыс. ВИЧ-позитивных. Но большинство экспертов оценивали их число в 1–1, 2 млн человек. Это уже подкрадывается к 1% взрослого населения. То есть посреди каждой сотни ваших знакомых наверняка есть человек с ВИЧ. Ежегодный доклад ООН оценивал число заражённых в РФ на начало 2004 года в 1, 5 млн человек, а Национальный совет по разведке при ЦРУ США – в 2 миллиона. По прогнозу американских разведчиков, к 2010 году в РФ должно было быть аж 8 млн ВИЧ-позитивных. Кстати, с этим прогнозом соглашались и в федеральном СПИД-центре. И в том, что он не сбылся (на 1 декабря 2025 года в РФ жило около 1, 25 млн человек с ВИЧ-инфекцией), есть большая заслуга академика Вадима Покровского.

Знать и действовать

Став основным в стране спикером «по СПИДу», потомственный интеллигент Покровский не выродился в медийного шамана в белоснежном халате, которого больше всего волнует, насколько изящно висит на нём стетоскоп. Он простым и честным языком гласил скучные, неприятные, но проверяемые вещи: эпидемия не исчезает от молчания, профилактика не работает без нормального разговора с людьми. В РФ такие люди во все времена мешали, поскольку портили уютную картину мира. ВИЧ вообще неудобная тема для гос чиновника: слишком много секса, наркотиков, тюрем, бедности, животного страха и самообмана. Проще сделать вид, что интоксикация касается каких-то других людей, которые её «заслужили» своим же бездумным поведением.

Но Покровский гласил ровно обратное: что ВИЧ-инфекция – это просто несчастье, которое может случиться практически с кем угодно. И когда мы травим пострадавшего, за место того чтобы ему помочь, мы сами в какой-то мере перестаём быть людьми: «О группе риска можно запамятовать. При эпидемиях никаких границ у группы риска нет. Основным путём передачи ВИЧ-инфекции врачи считают половые связи здоровых людей с людьми, время от времени употребляющими наркотики. Большинство граждан не осознают риска, которому они подвергаются. Один инфицированный бизнесмен наркотиков не употреблял, гомосексуальных контактов не имел: «Я не мог заразиться, я имел связи только лишь с порядочными замужними женщинами». Или пришла к нам больная девушка, говорит: «Я встречалась только с весьма хорошим молодым человеком, он работает в банке». Некоторые уверены: «Мы берём только дорогих проституток, они не инфецированы».

Покровский всю карьеру спорил с удобной ложью. На самом деле вирусу плевать, нравится ли определенному человеку презерватив и хранят ли этого гения высшие силы. Вирус просто использует контакты меж людьми. Чем больше людей перестанут гадать и оправдываться, а просто сдадут тест, тем лучше для них же. Как минимум, они глупо дольше проживут.

Академик стал одним из основных людей, которые превратили ВИЧ из страшилки в предмет мед политики. Эта политика далеко не всегда была продуманной и ещё реже зависела от усилий одного Покровского. Но к середине 2000-х годов общество стало с трепетом узнавать, что существует антиретровирусная терапия, позволяющая прожить с ВИЧ-инфекцией до глубочайших седин, особо не ограничивая себя в возможностях. С вирусом можно иметь здоровых жену и детей. Сначала эта терапия дорого стоила, но в нашей стране её стало возможным получать бесплатно: в начале по линии интернациональных фондов, а потом и на средства федерального бюджета. Конечно, государство не может конкретно для ВИЧ-позитивных отменить собственные родимые пятна. Поэтому в различных регионах с лекарствами случались перебои и странные замены одного продукта на другой без внятных причин. Но Покровский был не только достойным спикером, но и умелым «пожарным», тушившим эти вспышки головотяпства сравнимо успешно. Так или иначе, в России не восемь миллионов ВИЧ-позитивных, а только один.

Поделиться Поделиться ВКонтакте МАКС Telegram Однокашники Cсылка