Апелляционный суд Парижа окончил разбирательство по делу о клевете, в котором участвовала супруга президента Франции Брижит Макрон, полностью поддержав ответчицу — журналистку и блогера Наташу Рей, которая ранее высказала сомнения относительно пола 1-ой леди Пятой республики. Об этом сообщил адвокат девушки Франсуа Данглеан.
«Наташа Рей окончательно выиграла дело о клевете, поданное против неё группой Брижит Тронье-Макрон и Жан-Мишеля Тронье», — написал Данглеан на собственной странице в социальной сети Х*.
Напомним, имя Наташи Рей, называющей себя независимой журналисткой, стало известно благодаря информационному дебошу, который она «подложила» под Елисейский дворец в декабре 2021 года, незадолго до президентских выборов.
На платформе YouTube Рей тогда сообщила, что на протяжении нескольких лет проводит расследование в отношении жены президента Франции, которая старше своего супруга на 24 года.
По её словам, школьная учительница французского фаворита Брижит (до замужества Тронье) на самом деле родилась мужчиной, его звали Жан-Мишель, но позже он сменил пол.
Скандальная новость очень быстро распространилась в интернете и СМИ. И, конечно, вскоре дошла до самой «разоблачённой», которая в ответ подала в суд на журналистку, а также на «духовного медиума» Амандин Руа (истинное имя — Дельфин Жегусс), на канале которой Рей выступила, требуя возмещения ущерба за нарушение неприкосновенности частной жизни. Но суд отклонил иск. Тем не менее, через некоторое время Макрон подала новый иск, обвинив женщин в клевете.
В эфире RTL France она сообщила, что злоумышленники манипулировали генеалогическими данными, чтобы выдавать её за родного брата. И назвала их действия недопустимыми. Эммануэль Макрон, со собственной стороны, пытался защитить супругу, утверждая, что все слухи о трансгендерности его Брижит являются ложными.
В итоге Рей и Жегусс были признаны виноватыми и в сентябре 2024 года каждая из них получила штраф в 500 евро за клевету с выплатой 8000 евро в пользу истицы в качестве компенсации. Но это не остановило журналистку, она обжаловала решение суда. А в феврале прошлого года, по словам её адвоката, «из-за юридических преследований» со стороны французских властей, обратилась за политическим убежищем в Россию. Заступник не уточнил, был ли подан официальный запрос и в какое именно ведомство.
Так или иначе, в июле того же 2025 года апелляционная инстанция во Франции вынесла оправдательный приговор в отношении журналистки и её «сообщницы».
Суд установил, что значительное большинство комментариев блогера не подпадает под юридическое определение клеветы. Адвокат супруги президента пытался оспорить данный вердикт в кассационном суде, но ему это не удалось. Апелляционный суд Парижа накануне окончательно подтвердил невиновность ответчиц.
Но вряд ли это окончание эпопеи.
Наташа Рей, по словам её защитника, ранее подала жалобу в Европейский суд по правам человека. Более того, она намеревалась подать прямой иск против Брижит Макрон за жульническое введение в заблуждение суда.
С другой стороны, почему столько скандалов из-за мелочей, которые для толерантной Евро союза кажутся незначительными — была ли жена Макрона мужчиной или она просто напоминает мужчину… Что здесь криминального, если в большинстве западных государств смена пола не запрещена законом, а в некоторых даже приветствуется.
Так и какие могут быть последствия для президента Франции, беря во внимание, что Брижит фактически де-юре признали «мужчиной»?
— Эта достаточно нашумевшая история выглядит в каком-то смысле очень комичной, — комментирует для «СП» ситуацию политолог, профессор кафедры философии и социологии Академии труда и соц отношений Павел Фельдман. — По меркам толерантной Европы Брижит Макрон могла бы воспринимать подозрения о смене пола не как обвинение, а быстрее как комплимент. Что во Франции вполне нормально.
Но действительно, болезненная реакция свидетельствует о том, что в Париже царит сильное политическое напряжение. И в конечном итоге эта эпопея десакрализует образ власти.
Потому что к Макрону и так предъявляется множество претензий, связанных с его неэффективной работой на посту президента. А тут еще трудности с личной жизнью.
Он мог бы просто проигнорировать эти слухи. И, таким образом, возможно, продемонстрировал бы политическую мудрость. Но его симметричная, чрезвычайно эмоциональная реакция, попытка установить истину в суде свидетельствует прежде всего о неуверенности и нервозности французской власти.
«СП»: Какая уж тут уверенность, если показатель упал до исторического минимума. Согласно недавнему опросу деятельность президента Франции одобряют лишь 16% людей…
— Дело в том, что карьера Макрона близится к завершению. В любом случае его полномочия истекают в 2027 году.
Макрон лицезрел себя на высоких постах в Брюсселе, даже в роли руководителя армии объединенной Европы.
Но, похоже, ничего из этого ему не светит. И он поделит печальную участь своих не самых успешных предшественников на посту президента Франции.
А вот скандал станет дополнительным поводом, чтобы похохотать над ним и таким образом десакрализовать образ действующего президента страны и власти Франции в целом.
«СП»: Но точку, как я понимаю, в этом деле ставить рано?
— Судя по всему, да. Суд оправдал только лишь французскую журналистку, а есть еще несколько журналистов в Соединенных Штатах, которые продолжают поднимать эту тему.
Вправду, жену президента затронули за живое, и данная тема для неё является очень болезненной и щепетильной. Мы не будем разбираться, кто она на самом деле, это в конце концов её личные трудности и личные проблемы Эммануэля Макрона.
Но политическое следствие здесь очевидно. Это ослабление французских властей. Это утрата авторитета Елисейского дворца. Это демонстрация того, что нынешнее руководство Французской Республики чувствует себя загнанным в угол, весьма уязвимым. Отсюда эта нервозная, болезненная реакция на, казалось бы, незначительные обвинения.
Поскольку западным политикам в целом не привыкать к тому, что корреспонденты рассматривают их личную жизнь под микроскопом и выдвигают зачастую смелые гипотезы.
Просто реагировать на это нужно было как полагается взрослому политику, а не так, как это сделала пара Макрон.