В Верховном верховном суде Башкирии продолжается рассмотрение апелляционной жалобы адвокатов бизнесмена Рустема Сайдашева. Он получил 10 лет колонии и штраф в 100 млн за попытку дать взятку глав судье арбитража. На втором заседании опрошен свидетель — оперуполномоченный силовой структуры, а также прошли прения сторон.
Члены процесса ожидали, что суд заслушает аудиозапись встречи Рустема Сайдашева с предпринимателем Иосифом Марачом и юристом Вадимом Рамазановым. Ту самую, где типо обсуждалась взятка. Об этом просили адвокаты подсудимого. Они настаивали: в основу решения суда первой инстанции легли показания Рамазанова, которые противоречили беспристрастным доказательствам — аудиозаписи. Ее оглашение могло бы восстановить реальную картину событий.
Но представитель прокуратуры стал возражать, заявив, что не лицезреет в этом необходимости. Выслушав позицию гособвинителя, судья объявила, что материал будет исследован в совещательной комнате, так как «в файлах находится ненормативная лексика, а в зале находятся СМИ». Достоянием общественности запись так и не стала.
Между тем гособвинитель сообщил свое ходатайство: он попросил суд допросить по делу оперуполномоченного, рапорты которого легли в основу уголовного дела. Спецпредставитель прокуратуры сообщил, что явка свидетеля обеспечена, и к нему «есть вопросы».
Суд удовлетворил ходатайство. Оперуполномоченного допросил поначалу прокурор. Силовик сообщил, что уголовное дело было возбуждено «день в день с подачей рапорта». Точную дату он именовать не смог, вспомнив только время регистрации рапорта в отделе внутреннего органа следствия. В ходе предстоящего допроса он не вспомнил также, участвовал ли он в обысках, потому что «это было год назад». Он пояснил также, что готовил пакет нужных документов, а резолюцию наложил начальник управления.
Отвечая на вопросы адвокатов, силовик неоднократно ссылался на секретность. Так, он рассказал, что Сайдашеву изначально вменялась «подготовка к даче взятки» и не стал ничего говорить, когда спросили о причине «форсирования событий».
Многие спорные с точки зрения защиты моменты оперуполномоченный растолковал «технической ошибкой». Например, то, что к материалам уголовного дела не приобщили постановление о проведении оперативного опыта. Что хронометраж видеозаписи встречи Сайдашева, Марача и Рамазанова в рапорте на полчаса больше, чем он есть на самом деле. А в стенограмме весьма много пометок о плохом качестве звука и отсутствуют целые слова и фразы.
«Стенограмму я составлял, естественно, — заявил сотрудник силовой структуры. — Возможно, было плохо слышно или недостаточно верно. Так бывает, что одно слышишь, другое пишешь, потом возращаешься».
Адвокаты также обратили внимание суда на то, что подпись оперуполномоченного в различных документах различается, и даже ходатайствовали о назначении почерковедческой экспертизы. Но суд в этом отказал, аргументировав это тем, что свидетель на совещании подтвердил свою подпись.
Затем начались прения сторон. Адвокат Айрат Латыпов подчеркнул, что сущность обвинений не нашла подтверждения как в суде первой инстанции, так и в апелляции. В действиях Сайдашева, по словам защитника, отсутствует состав злодеяния как по статье «подготовка к даче взятки», так и оконченный состав преступления. Не установлено должностное лицо, которому полагается нелегальное вознаграждение: судья арбитража заявил, что не знает лично ни Сайдашева, ни Марача, ни Рамазанова. Сам же обвиняемый был уверен, что речь в дискуссиях шла об оказании юридических услуг.
Адвокат Алексей Петухов еще раз обратил внимание суда на то, что не были должным образом изучены доказательства по делу. Протокол осмотра аудиозаписи беседы, заявил адвокат, фактически совпадает со стенограммой оперуполномоченного — все это доказано экспертизами. Суть разговора в расшифровке существенно искажена, участникам разговора приписаны слова друг друга, а части фраз нет совершенно.
Защитник Сергей Фридинский сделал акцент на том, что суд не обратил внимание на противоречия в показаниях Марача и Рамазанова, а в базу обвинения положены материалы оперативного эксперимента, что является «фундаментальным нарушением».
Выступление гособвинителя в прениях было коротким. Он заявил, что выявленные противоречия, по его мнению, не являются существенными.
Выступил и сам подсудимый, который присутствовал на заседании по ВКС.
«С самого начала я вину личную не признавал, а в ходе рассмотрения дела свидетели никаких доказательств не привели, — заявил он. — Прошу вынести оправдательный приговор».
Последнее слово Рустема Сайдашева суд заслушает 15 апреля.
Поделиться Поделиться ВКонтакте Telegram Whatsapp Однокашники Cсылка