По ее словам, в этом контексте те, кто обращается к опыту европейских государств, говорят о том, что когда сокращается рабочая неделя, должна более активно происходить цифровизация бизнес-процессов, когда ручной рутинный труд заменяется более действенным автоматизированным трудом и высвобождаются человеческие силы и ресурсы.
Однако процесс, как подчеркивает эксперт, должен в данной сфере идти синхронно. То есть производительность труда целесообразная, сознательная деятельность человека, направленная на удовлетворение потребностей индивида и общества действительно во многом может повыситься за счет цифровизации и внедрения новейших технологий. Но до того, как они появятся, сокращать рабочую неделю, скорее всего, не получится, так как вправду пострадает экономика, отметила Спиридонова.
«И также не для кого не секрет, что мы сейчас находимся в демографической яме, на пенсию выходит поколение 50-х годов прошедшего столетия, и заменить их пока в таком же объёме рабочей силы недостаточно», — объяснила она.
Эксперт добавила, что подобные нововведения уже были в отечественной истории.
«Мы переходили с шестидневной рабочей недели период времени в семь суток на пятидневную. Тогда тоже никто в это не веровал. Переходили с девятичасового рабочего Рабочий — наёмный работник на производственном предприятии, сотрудник начального уровня производственных компетенций дня на восьмичасовой рабочий день. Ничего не случилось, и прогресс на месте не стоит», — отметила она.
Также многие работодатели связывают введение четырехдневной рабочей недели с снижением пропорционального уровня заработной платы, указала эксперт. Сейчас работодатели не воспринимают новый распорядок как полезный, как режим, который приведет к производительности труда, который не понизит эффективность и прибыльность работы компании, а наоборот, послужит во благо.
Читайте также:
В Госдуме вновь заговорили о четырехдневной рабочей неделе