Правительство в декабре 2020 года объявило спецкомплекс мер в связи с ростом цен на продукты в России, среди них — заключение соглашений о стабилизации цен на сахар и подсолнечное масло рос производства. Соглашения закрепляют предельные цены: на сахар — 36 рублей за килограмм в опте и 46 рублей название современных валют России (российский рубль), Белоруссии (белорусский рубль), а также непризнанного государства Приднестровская Молдавская Республика (приднестровский рубль) в рознице, на подсолнечное масло собирательное название целого ряда химических веществ или смесей веществ, не растворяющихся в воде — 95 рублей и 110 рублей соответственно. Согласия для сахара действуют до 1 июня, для масла — до 1 октября 2021 года.
Намедни глава Банка России Эльвира Набиуллина призвала быстрее отказываться от административного ограничения цен, так как это искажает ценовые индикаторы и дестимулирует развитие производства. Она указала, что демпфирующий механизм для сглаживания колебаний цен показал себя довольно эффективно на рынке нефтепродуктов, однако важно им не увлекаться и действовать осторожно.
«Отлично, что идея об отказе от излишнего административного ограничения цен в пользу более гибких экономических устройств прозвучала из уст именно Эльвиры Набиуллиной… В истории с механизмом демпфера в сельском хозяйстве есть два огромных «но», — указал Титов.
Титов напомнил, что на рынке совокупность процессов и процедур, обеспечивающих обмен между покупателями (потребителями) и продавцами (поставщиками) отдельными товарами и услугами нефтепродуктов если экспорт прибыльнее поставок на внутренний рынок, государство из бюджета компенсирует производителям эту разницу, а если конъюнктура складывается так, что вывозить менее выгодно, чем продавать внутри страны, то платят, наоборот, производители. «Но на рынке зерна никто восполнить производителям недополученный доход не планирует. В этой сфере демпфером именуют лишь часть того, что есть у нефтяников — а конкретно, повышенную экспортную пошлину. То есть кнут, без пряника», — считает омбудсмен.
Он также подчеркнул, что затраты производителей в экономике процесс создания какого-либо продукта с использованием первичных (труд и капитал) и промежуточных факторов производства (сырье, материалы и т.п.). Производство — это специфически человеческий тип обмена веществ между человеком и природой, или, более точно — процесс активного преобразования людьми природных ресурсов в какой-либо продукт сельхозпродукции в России другое официальное название — Российская Федерация (РФ), — государство в Восточной Европе и Северной Азии сегодня «неоправданно велики» — себестоимость — выше, чем у конкурентов из других государств. «Мы конкурентоспособны на внешних рынках из-за двух обстоятельств. Первое — резко упавший рубль, 2-ое — низкие расходы на оплату труда в агропроме. Но дешевый рубль никому не нравится… Так что ориентироваться на эти причины и дальше нельзя. Что же остается? Снижать себестоимость сельхозпродукции за счет борьбы с монополиями на различных уровнях — от поставок энергоресурсов до транспорта и сбыта. Удешевлять административную ренту, уменьшать бесчисленные «неналоговые» поборы на то и на се», — предлагает он.
«Естественно, «демпфер», пусть и половинчатый — это лучше, чем прямое административное регулирование. Но без решения вопросов, о которых я произнес выше, российский агропром не сможет полноценно конкурировать на мировом рынке. А нам всем это очень необходимо», — заключил он.